Вахтанг Кикабидзе: “Финал целиком был срезан. Он заканчивался по–другому, весь фокус был в финале. В конце фильма, когда Мимино хочет бутылку открыть, пролетая над родиной, начинает дергаться. Стюардесса ему говорит, мол, есть открывалка, зачем вы мучаетесь? А он: “Что вы на меня все кричите?!”

Он хочет домой! И потом говорит ей: “Хочешь, я выйду из самолета, Марина?” Или как там ее звали, не помню. А она отвечает: “Нет, не хочу”. “А я, — говорит, — хочу”. И он выходил… из самолета. А в фильме этого нет”.

А еще, по словам Кикабидзе, из фильма был полностью вырезан персонаж кузнеца по имени Петр. Он подковывал в селе лошадей и просил Валико прислать ему американские подковы. “После того как Мимино выходил из самолета, следовала сцена разговора Валико и Петра. Кругом огромные заснеженные горы, музыка слышна. И Валико на заднице съехал откуда–то, поскользнулся в заснеженных горах.

Мы все это серьезно играли, не улыбаясь. “Привет!” — “Привет!” — “А ты откуда, Валико?” — “Нелетная погода, и я пешком пришел. Я тебе подковы принес” — “А подковы мне уже не нужны. Мы с Бостоном побратались. И они нам теперь подковы присылают. Но гвоздей нет. Ты гвозди не привез?” И идет такой идиотский текст. “Но ты же мне не поручал привезти гвозди?” — отвечает Валико. И, когда Мимино уходит, Петр начинал хохотать. “Чего ты смеешься?” — “У тебя на заднице брюки лопнули!” (он же скатился по горе). “Дурак ты, Петр! — говорит ему Мимино. — Слева у тебя Казбек, справа – Эльбрус. Такая красота, а ты уставился мне в жопу. Оглянись вокруг!” Об этом был фильм…

“Та версия, которая дошла до зрителя, тоже видоизменялась. Брежневская цензура вырезала сцену в лифте, в которой Мкртчян и Кикабидзе едут с двумя японцами, и один из них говорит другому (субтитры): “До чего же все эти русские на одно лицо!” В итоге версия с этой сценой была утрачена навсегда. При Андропове исчезал эпизод, когда телефонистка в Западном Берлине не поняла, что Мимино заказывает звонок в Телави, и соединила его с абонентом из Тель–Авива. Георгий Данелия взял эту историю из жизни. На самом деле это произошло со вторым секретарем райкома партии в Таллине, грузином по национальности. Скандал, кстати, был громкий, после телефонного разговора его чуть не выгнали из партии.